Как известно, романтические комедии с простым сюжетом, звёздными актёрскими дуэтами и наивными шутками всегда были фирменным блюдом американского кино. Большинство таких произведений сегодня – прибыльные монстры дурновкусия, созданные из штампов и неандертальского юмора. Мы, синефилы, смотрим, что дают, но надеемся на спиралевидное развитие всего и вся, которое предполагает, что, когда уровень дружной деградации продукта и потребителя, достигнет, наконец, края и польётся через край, тогда романтическая комедия чуть-чуть умная, ненавязчиво, но пародирующая сама себя, вдруг и неожиданно снова станет востребованной. Создатели фильма «Супруги Морган в бегах», вероятно, решили, что это время уже пришло. Ну, или, просто они поддались внутреннему порыву сделать что-то с претензией на качество. В общем, подход был выбран относительно нестандартный. А именно, он заключался в том, чтобы обойтись без вульгарностей, написать остроумные диалоги, которые были бы мастерски разыграны, то есть, чтобы вернуть некую утраченную планку. Исполнители главных ролей – настоящие ветераны кинематографической любви – Сара Джессика Паркер и Хью Грант, сложно представляемые в дуэте и блестяще разбивающие это предубеждение, тоже кажутся шагом в верном направлении. Сюжет – избалованная  и несчастливая пара из мегаполиса, обретающая гармонию в провинции, где нет интернета – прост до безобразия, но не лишен привлекательности, той, наивной и древней, как динозавры и Грета Гарбо. Поцеловать на прощание свой мобильный телефон – шикарно. Аэрозольное средство по отпугиванию медведей – прекрасная шутка, которая хорошо смотрелась бы не только в старом добром кино, но и в абсурдистских шедеврах от Монти Пайтона. Пропустить героев через набор стереотипных ситуаций типа встречи с медведем, дойки коровы, рубки дров, тёрок с местными и так далее – наверно, в этом тоже есть некий пародийный кайф. Но проходя через все эти круги провинциального рая, характеры не претерпевают никаких особенных изменений и совершенно ниоткуда не следует, что же конкретно заставило героев возродить своё супружество. Как будто вся история посвящена гормональному сбою в организмах людей, страдающих от нехватки чистого воздуха и приходящих в равновесие ровно через тот отрезок времени, когда этот дефицит будет восполнен. Среди прохладной критики на этот фильм встречаются высказывания в том духе, что неуспех «Супругов» объясняется оскудением умов любителей романтической комедии – но и сам этот факт как будто тоже говорит лишь о кризисе данного жанра. Потому что только совершенно устав от бесконечного потока однообразных и глупых фильмов, можно принять за недооценённый бриллиант первую же попытку создания хоть какой-то альтернативы.

Очень трудно настоящему синефилу смотреть фильм «Воображариум доктора Парнаса». Ведь синефил отягощён бременем совершенно не нужных знаний, к примеру: Терри Гиллиам создал столь чудесные фильмы, что обязательно попадёт в рай и возможность вот так вот просто взять и посмотреть его новое произведение это само по себе счастье. Кроме того, из достоверных источников всем и каждому теперь известно, что исполнитель главной роли умер, не завершив работы, из-за чего кино пришлось спасать, выкручивая ему руки и ноги и приклеивая новые лица. Ну и  в третьих, дьявола играет «самый крутой чувак во вселенной» и сам его выход в этой роли событие, заслуживающее внимания как что-то такое… как если бы, к примеру, Антон Чехов воскрес и сыграл в постановке собственной пьесы. Если на всех этих сверхзанимательных, один занимательней другого, фактах циклиться, то они будут трое животных, тянущих душу в разные стороны. Лебедь будет жаждать полёта, который испытал, наслаждаясь, к примеру, фильмом «Бразилия». Но рак,  будет подло и упорно  отползать, изучая лица заменителей Хита Леджера, сравнивая – похожи ли, хороши ли, получилось ли, стоило ли, а как бы было, если бы не умер, и как жалко парня, ведь такой прекрасный такой молодой. А щука она будет смотреть в глубину – она вам пропоёт, что ничего более ожидаемого не могло произойти ни с Томом Вэйтсом ни с самой темой сделки с дьяволом. В итоге, и я хочу сказать страшное, может случиться, что вот так вот просто взять и посмотреть фильм вам не удастся. Но, дорогие синефилы, у меня есть хорошая новость. Его можно посмотреть второй раз, он того более, чем достоин. Абсурда и чёрного юмора, да, приуменьшилось, не только со времён «Бармаглота»,  а даже и с вышедших не так давно «Братьев Гримм». Но не довольно ли абсурда и черного юмора для человека, из фильма в фильм вновь изобретающего их, вот уже 148 лет? Истончились и получили трактовку гораздо менее оригинальную, чем раньше, любимые темы безумия и удивительных маргиналов, но можно ли и стоит ли непременно стараться сделать в этом направлении что-то лучшее, чем «Король-рыбак» и «12 обезьян»? Всё стало мягким, наивным и шестнадцатилетним, но почему бы ему на этот раз не быть таковым, особенно учитывая, какой радикальной была предыдущая лента. И, кстати, её, «Страну приливов», посвященную пребыванию в долине разлагающихся трупов, влюблённых идиотов и безглазых кукольных голов в лучших традициях Киры Муратовой, Гиллиам предуведомил просьбой отбросить «все свои предубеждения, страхи и предрассудки». Как ни странно, примерно то же приходится делать даже перед просмотром такой безвинной сказки как «Воображариум». Наши головы настолько засорены  и измучены, что бывает надо стать чем-то вроде князь Мышкин – совершенно неиспорченный  и только что с луны, чтобы просто увидеть Кино. Короче говоря, если вы хотите получить право когда-нибудь после, ну, там, после всего, хоть одним глазком взглянуть на то, чем Терри Гиллиам будет заниматься в раю, не пропустите волшебный театр доктора Парнаса,  сегодня и только сейчас.

Смотреть фильм “Разлучница” онлайн(81 Мб)

Продолжительность – 14 мин., цвет.

Курсовая работа Воронина Владимира, 1 курс.
Режиссерская мастерская В.Я. Лонского
В ролях: Владислав Абашин, Юлия Пересильд, Яна Калинина, Евгения Савкина, Аня Сафина

Год: 2007

О фильме Разлучница

Начинающие режиссёры часто желают поместить в свои короткометражные дебюты всё, что им хочется сказать – о жизни, о смерти, о том, как горько могут ошибаться люди, как странно иногда мы общаемся друг с другом, где искать счастье, почему когда бутерброд упал, наконец, маслом вверх, герой этого даже не заметил… Но обрисовать целую жизнь, создать характеры и их движение в формате усечённого хронометража – все равно, что Евгения Онегина запихнуть в одно маленькое симпатичное хокку, и потому студенческое кино с его максимализмом и страстью к глубокомыслию представляет из себя бесконечную борьбу с невозможностью. Фильм «Разлучница» пример того чуда, когда эта борьба разрешается успехом. Владимиру Воронину удалось рассказать про одну непутевую жизнь, а также про любовь, смерть, семейные отношения, сельские будни и таинственный морок над утренней рекой за 12 минут 42 секунды. Помогла ему в этом условность показанных событий, за которую порой как за соломинку хватаются создатели короткометражек, однако здесь эта условность не довлеет над сюжетом и не уводит нас в мир абсолютных фантазий. Аллегория дана в «Разлучнице» в той верной пропорции, которая лишь помогает лучше понять вполне реальную историю, и одета в то точно подобранное платье, что позволяет уму прикидывать варианты трактовок, пока сердце наслаждается просмотром Кино.

Интервью с режиссером Владимиром Ворониным

- Фильм «Разлучница» был успешно показан на нескольких фестивалях дебютных фильмов и замечен всеми, кто писал о них, однако никаких призов не получил. Почему так вышло?
- Факторов много, может быть не всем понятно, о чем фильм. Я хотел, чтобы тот, кто смотрит, задумался и о своей жизни, не тратит ли он ее зря. Но насколько это считывалось зрителем, сложно сказать…

- А выбор сюжета с чем связан?

- Изначально это был учебный этюд Лены Потаповой (сценарная мастерская О. Агишева), идея которого мне понравилась, но все происходило в одной больничной палате, что не очень выразительно, в итоге мы перенесли действие в деревню… А ближе своей деревни, как известно, ничего нет…

- А откуда вы?
- Я сам в Москве родился, но мои родители из Тамбовской области. Я уже не первый раз там снимаю, все время возвращаюсь туда…
- У вас получилось вложить в короткий метр полнометражную тему. На чём вы сосредотачивались? Думали ли об этом?

- Тогда скорее работали со сценаристом интуитивно, по крайней мере, я точно. Из-за короткого метра все персонажи не имеют развития, это только обозначенные типажи работающие в заданных обстоятельствах на саму историю. И это нормально для короткого метра, особенно для 13 минут, так и надо делать. В любом случае тема немного “коцаная”, если так можно сказать, возможно, из-за этого финал и не все считывают.

- Да что же там непонятного?
- Ну да, вроде все понятно, а вот. Очень часто при просмотре бывает так: первую половину хорошо воспринимают, а потом раз – перестают понимать, что вообще  происходит, финал открытый не устраивает – что мол это? К чему? Поэтому следующую работу я решил сделать более реалистичной, попробовать по-другому.
- Искусство для искусства это не про вас?
- Для меня идеальное кино, где есть золотая середина, простая история со своим подтекстом. Кроме того, сейчас хочу поэкспериментировать, в чем еще один плюс короткого метра помимо обучающих возможностей. Есть идея сделать историю, в которой присутствует определенный сюжет, достаточно классический, такая фольклорная история. Но форма немного иная, музыкальная. Хочется, чтобы в фильме герои пели, танцевали.
- Опять в тамбовскую область за почвой поедете?
- Ну да, коровы, женщины.
- А в деревне вы «Разлучницу» показывали?
- До этого не дошло, но бабушкам возил.
- Что сказали бабушки?
- Не спрашивал. Зачем?

Мечта киноманки

«Американский жиголо» – занимательная энциклопедия красивой жизни в Лос-Анджелесе рубежа 70- 80-х. Дорогие джинсы, как самый модный повседневный наряд и элегантный кабриолет мерседес-бенц, ещё не испорченный аэродинамическим дизайном; новоиспечённый культ спортивных тренировок и  прогулки по побережью в донельзя коротких шортиках; коктейль «манхэттен» в загородном клубе и бесстыдные голубые мальчики, танцующие диско в каком-то подозрительном подвале; стильные тени от пластиковых мини-жалюзи, кресла Ле Корбюзье и «Torsos» Энди Уорхолла в шикарных интерьерах; сумочка-клатч, женственно зажатая подмышкой и продуманная небрежность шикарного мужского костюма, надетого на чуть не до пояса расстёгнутую рубашку…

Столь дорогие  сердцу всякого синефила, а особенно – синефилки, подробности, можно перечислять бесконечно, так как художники работавшие на этой картине делали свое дело кропотливо и со вкусом.

Что-то из примет того времени, когда создавался фильм, осталось по-прежнему актуальным, как, например, спортивные куртки унисекс, а что-то безнадежно устарело на манер грампластинок.  И, прежде всего, устарела  эксцентричность и смелость самой темы. Некогда фильм «Американский жиголо» достаточно взволновал общественность, но после того, что сделали с нами тарантины, альмодавры и прочие аморальные типы, не говоря уж о реальной жизни, никого не шокируешь свежевыбритым альфонсом, чуждым всяких извращений.

К тому же, американская киноиндустрия обожает преподносить  представителей древнейших профессий как ангелов во плоти. Что с того, что героиня Джулии Робертс из «Красотки» окажет какую хочешь услугу каждому, кто подкатит к ней на ночной улице – главное, что она  обворожительна, добра и верит в историю Синдереллы. А уж Одри Хепберн из «Завтрака у Тиффани» в роли шикарной содержанки не запачкала и краешка  платья от Живанши об образ  своей героини. Что касается молодого человека, изображенного Ричардом Гиром в «Американском жиголо», то он – нечто среднее между Холи и Вивиен – роскошь от одной и откровенная торговля телом от другой. Но то, что Джулиан Кей предоставляет интимные услуги, нисколько не уменьшает нашей к нему симпатии. Целомудрие ли сцен сексуального содержания тому причиной, ключевой ли монолог о том, как приятно довести женщину до оргазма или, и скорее всего, – о да, да – его бесконечное обаяние.

И если в каком-нибудь глубокомысленном исследовании карьеры Гира вы прочтёте, что это не самый достойный её эпизод, что  никакой тут особенной игры, кроме как игры мускулами нет – не попадайтесь на эту удочку. Чтобы понять, где статичность и однообразие, а где тонкая манипуляция чувствами зрителей,  сравните его с альфонсом из того же «Завтрака у Тиффани». А если такой пример покажется вам слишком грубым, то возьмите мужскую партию из «Красотки», исполненную, как известно, все тем же Гиром. Казалось бы, за десять лет арсенал нисколько не поменялся, та же скупая мимика и странная привлекательность узеньких глаз, то же мужское обаяние без лишних слов, но в одном случае это уставший бизнесмен, закостеневший в работе и собственных привычках, а в другом – изысканный и слегка жеманный мужчина для развлечений. Перед таким мужчиной не сможет устоять никто, даже самая опытная и циничная, если, конечно, она настоящая киноманка.

Мы победим

Когда на экране вдруг возникло черное поле, и потом, наконец,  побежали финальные титры, зал замер в недоумении. А что если зааплодировать, подумала я – и, оценив произошедшее в моей голове за время сеанса – с удовольствием исполнила задуманное. Я захлопала в полной тишине, я хлопала и надеялась, что ко мне кто-то присоединится, ну хоть один неизвестный друг – тайный агент, невозмутимо сидящий в соседнем ряду, поддержит меня. Я хлопала, хлопала и уже было решила, что так и останусь одна одинёшенька в этой мистической, в этой страшной темноте кинозала, как вдруг – включили свет.

Отзывы о фильме «Пределы контроля» в общем и целом делятся на два типа. Сугубо негативные – «я совершенно разочарован», «о чем это?», «Джармуш мертв» и уважительно-лояльные – «это хитроумная маска», «это медитативный артхаус», «это бескомпромиссный манифест».

Новый фильм Джима Джармуша обманывает наши зрительские ожидания, в нём много философии и мало того, что принято называть «кино». То, что это сознательный эксперимент, вполне очевидно. Во-первых, картина переполнена рефлексией на любой вкус, от монологов об искусстве и медитации над произведениями абстрактной живописи до сцен, в которых персонажи, будто студенты киношколы, обсудив некую теорию, тут же переходят к ее применению на практике. Во-вторых, выбор в соавторы оператора с представлением о кадре, как о рафинированном композиционном совершенстве, говорит о том, что режиссер стремился чем-то восполнить образующийся вакуум, заменить один способ восприятия другим. Главный герой передвигается туда-сюда по Испании, блистая в череде сцен, утомительных в своем великолепии и бесконечности не более чем выставка голландской живописи в  Эрмитаже или научная статья, состоящая из одних афоризмов. Но если в занудстве фильм «Пределы контроля» и можно упрекнуть, то в непонятности его упрекнуть совершенно нельзя. В финальных эпизодах лабиринт испанских улочек  и сюжетных неясностей завершается залитым светом выходом в удивительный мир. Мир, в котором дух торжествует над соблазнами, фантазия над реальностью, Джармуш над Голливудом, Ботичелли над телепрограммой «Давай поженимся», фламинго над курицами, свет над тьмой. Мир, для создания которого нужно кое-кого придушить, но, поверьте, есть кому это сделать.

Рашн дэнс

Как-то раз, комментируя свое отношение к американскому режиссёру Джиму Джармушу  американский музыкант Том Вэйтс сказал примерно следующее – «ну, Джим – это вообще, это что-то такое, я не знаю, это как русское кино». Что же интересно имел в виду наш дорогой Том? Нет, то есть, он хотел сказать, что Джармуш, как и русское кино – это круто и запредельно, но какое же конкретно русское кино имел в виду Вэйтс? Ужасно интересно, что именно он видел и после чего сделал такой вывод.

Не знаю, была ли у него возможность посмотреть фильмы Абдрашитова, но чисто теоретически  – да, да, он вполне бы мог иметь в виду, к примеру, фильм «Армавир».

Бесспорно, Джармуш, запределен, но, кажется, даже ему далеко до такого невыносимо странного сюжета – поиска дочери, а может и не дочери, которая утонула, а может быть и не утонула, на корабле «Армавир», на котором она сбежала непонятно почему, а может её там и не было. Потрепанные скитальцы в вечном поиске некоей юной и прекрасной, которая покоится где-то на дне океана, дразнит мужчин в баре утонувшего корабля – русалка, жена, дочь, судьба… И все это в обрамлении шизофренических диалогов муратовского типа и великолепно поставленных сцен из абсурдной обыденной жизни уцелевших при кораблекрушении и тех, кто всю жизнь ждал их на берегу. Герои беспокойны, они все время в движении – танцуют на тонущем корабле; едут на увозящем, но никак не могущем увезти, поезде; и, наконец – крутятся в ночном приморском городе на чертовом колесе, выкрикивая  названия  своих родин – и вот Хабаровски, Тулы, Ростовы, Смоленски, Казани взлетают и сталкиваются в черном небе – веселый, грустный, знакомый и нескончаемый рашн дэнс, который отлично пошёл бы под одноименную песню.

А ее автор, Том Вэйтс, с его страстью к безумию, наверняка, получил бы удовольствие от этого фильма, не знаю, что скажете вы. «Посмотрите «Армавир», занятный фильм» – говорит Вадим Абдрашитов своим студентам, потирая подбородок и ухмыляясь куда-то в сторону. Также он говорит, что Джим Джармуш – единственный настоящий новатор во всем современном кино. И еще вот, на заметку – сейчас на речном вокзале Москвы стоит лайнер, куда не может купить билет гражданин с российским паспортом – на лайнер сажают только американцев. Хоть ты миллион им давай – не пускают на борт корабля. А называется этот лайнер «Лев Толстой». Куда он плывет?

Повод для гордости

Как показывает практика, неандертальцы ещё не вымерли – людей, которые уверены, что Андрей Кончаловский в Америке дал маху, на удивление много. Они бегают по земле с дубинками, вечерком не прочь посмотреть хорошее кино, и самое интересное, что число их не уменьшается. Старички уже подзабыли, как вылавливали где-то мистического характера отрывки недоступного фильма «Поезд-беглец», а подрастающие неандерташки когда-то в глубоком детстве видели вроде по телеку, да не особенно воткнули, чем этот экшн отличается от миллиона остальных. А между тем никакой премудрости, чтобы понять, насколько хорош «Поезд-беглец» не нужно. В голливудски ясный и захватывающий сюжет вплетен символический рассказ о силе, которая несётся на бешеной скорости и угрожает всему живому. О чем идёт речь – о разрушительной цивилизации или о жестоком звере внутри тебя и меня, а может быть – о русской тоске – неважно, главное – машинист умер, поезд сбежал, а нас больше всего волнует, кто победит – хороший плохого или плохой – хорошего.

Выдвинутый на Оскара в трех номинациях, «Поезд-беглец» полноправно вписывается в ряд всех культовых фильмов о тюрьме в различных ее видах и о свободе, которая повсюду и нигде, от «Полета над гнездом кукушки» до «Зелёной мили». И также легко выписывается и стремительно уносится прочь, не оставляя времени, чтобы опомниться и понять, какое из промелькнувших лиц полюбилось больше. Я колеблюсь между открытием фильма – Эриком Робертсом и вот той эпизодической конторской девушкой, сотканной из розового облака в лучших традициях легкого гротеска. А Робертс в блистательном образе парня с дурной головой, но добрым сердцем, между прочим, очень напоминает героя Джона Лури из «Вне закона» Джима Джармуша. Здесь неандертальцы скорее в курсе, чем нет, но все же напоминаю – этот фильм тоже посвящен побегу из американской тюрьмы, и он тоже весьма метафоричен, хотя метафоричность его и другого свойства -

от стилистики «Поезда-беглеца» она отличается примерно тем же, чем отличаются герои Робертса и Лури – плюс-минус блюзовый шарм. А вышел «Вне закона», кстати сказать, через год после «Поезда-беглеца». А как вам понравится тот факт, что следующий фильм Джармуша, появившийся еще через несколько лет, называется «Мистический поезд»? К сожалению, моего остроумия недостаточно, чтобы как-то связать японских персонажей «Мистического поезда» с тем, что автором первоначальной версии сценария «Поезда-беглеца» является Акира Куросава, тут вы уж как-нибудь сами.

Одинокий жакет Мэрилин Монро

Гениям, конечно, закон не писан, конечно, не стоит опускаться до употребления перлов коммерческой мысли типа «целевая аудитория», и все же – такую ерунду как деление на жанры и адресацию к тому или иному зрителю никто не отменял. Допустим, что фильм «Вундеркинды» – это ром-ком, что на продюсерском блатняке означает романтическая комедия – кстати говоря, наиболее востребованный и трудно дающийся российскому кинематографисту жанр, вершиной которого у нас считается «Любовь-Морковь», или, как вариант для девочек и мальчиков с айкью на один-два децибела больше – «Питер ФМ». Американский идеал для подражания – «Метод Хитча», если что-то поизвилистей – «День сурка», а из классики – к примеру, «Тутси» с Дастином Хофманом, переодетым женщиной. Общее правило одно – когда в течение всего фильма он и она сквозь очень смешные препятствия идут к неизбежному счастью в объятьях друг друга. В «Вундеркиндах», в общем-то, именно это и происходит. Но если это вариант romantic comedy, то все-таки главные герои слишком далеки от народа, даже если народ подразумевается не совсем idiot, все-таки – ни одного приличного персонажа. Профессор литературы в мятом розовом халате, развратная малолетка-писательница, гений с пистолетом, книжный агент, предпочитающий мальчиков – весь этот гуманитарный шабаш никак не тянет на материал простого позитивного кино для нормальных людей. Нормальные люди не крадут чужие драгоценности, по крайне мере, нормальные люди не делают этого просто так, ради идеи. Нормальные люди, подстрелив ненароком слепую собаку, может и не будут об этом сильно плакать, но уж точно постараются скорее закопать, а не возить с собой в багажнике, подыскивая место поабсурднее, чтобы ее туда пристроить. И, наконец, ни один нормальный человек не позвонит ночью мужу своей любовницы, чтобы сознаться в прелюбодеянии. Ну а если «Вундеркинды» – это какое-то такое другое кино для людей с более сложным внутренним устройством, чем у big kind monkey with a pack of popcorn, то почему столь прост и скор на завязывание узелок хэппи-энда? И почему тогда образы персонажей лишены глубины двойного дна и  вообще – не нащупывается какого-то особенного стиля, который бы делал из «Вундеркиндов» штучную работу?

Потому что, хотя никто и не отменял законы, термины и плоский язык порядочного фильммейкера, нет такого правила, которое не стоило бы хоть раз нарушить и, возможно, в этом одновременно легком и лихом подходе и есть главный шарм прекрасного фильма «Вундеркинды». Однако нет: его главный шарм – в бесприютном жакете Мэрилин Монро, слоняющемся по свету через миллион лет после смерти чудесной хозяйки. Жаль только, что этот шарм никак не дойдёт ни до одной из целевых аудиторий и фильм «Вундеркинды» так мало известен и почти так же одинок, как жакет Мэрилин.

Китайский квартал размером с одну большую страну

«Китайский квартал» выдвигался на Оскара чуть ли не во всех возможных номинациях, но получил его сценарист – Роберт Таун, а в американских пособиях для начинающих фильммейкеров картина упоминается как эпохальный эталон, после которого сценарии уже не будут прежними. Не могу, однако,  сказать, что я была настолько втянута в донельзя напряженный детективно-любовно-социально-обличительный круговорот событий, что не могла оторваться от экрана. Напротив, утомленная подробностями из области водоснабжения, я была вполне открыта внешнему миру и даже отвлекалась во время просмотра на фотографии, сделанные мной накануне в одном частном владении в одном месте недалеко от Москвы.

А они того стоили, эти снимки! Это были золотистые занавески, раздутые ветром, ворвавшимся в столовую, обставленную в стиле ампир; это были солнечные блики на дне бассейна в павильоне с прозрачной крышей; это были огромные сверкающие люстры, отражавшиеся в нежном травертиновом полу. Вы спросите у меня, что такое травертин и кому принадлежал этот дом? А вы спросите лучше у вашей соседки-пенсионерки из однокомнатной, а если у вас такой нет, то спуститесь в метро и обратитесь с этим вопросом к безрукому попрошайке – они вам безошибочно все ответят и про травертин и про владельца дома, как будто сами там были и все видели.

Потом одна фраза отвлекла меня от фотографий и вернула к «Китайскому кварталу», но не в китайский квартал, ибо действие фильма разворачивается в Лос-Анжелесе. Китайский квартал служит только метафорой – символическим местом, где царит беспредел власть имущих, а из подворотен и окон домов на центральные улицы льется густая двухголосая музыка, где партию вседозволенности оттеняет партия трусов, а тема благородства столь редка, что тонет в общем хоре. Фраза же была следующая: «Населению не хватает воды, а начальник водоснабжения тонет в потоке – это возможно только у нас!» В Америке, то есть, но как же это – а у нас разве невозможно? Возможно, возможно, даром, что пустыни нет! Сейчас в американских фильмах, когда американцы хотят друг друга устыдить в какой-то нечистоплотности по отношению к закону, они говорят «эй, ребята, мы же с вами не в России» – и нет, что бы сказать «мы же с вами не в китайском квартале!» или уж так «мы же с вами не в 30-х!» Там ведь все хитро сделано, действие разворачивается в 30-е годы 20 века – мужчины считывают эту информацию с великолепных ретро-автомобилей, а женщины с довоенного шика вуалей и ярко-красных губ Фэй Данауэй. А для 70-х, мол, когда фильм вышел на экраны, это все уже совсем не актуально, вы смотрите историческую драму. Ну а уж теперь-то – когда столько воды утекло на орошение апельсиновых рощ, когда столько Оскаров дали фильмам и в подметки не годящимся «Китайскому кварталу»; когда отцвела красавица Фэй… – теперь-то и вовсе, что старое вспоминать. Ну что ж, не актуально, так не актуально, и, слава Богу – а для нас – в самый раз, увы.

“Девять Забытых Песен” – онлайн (около 80 Мб, необходимо дождаться полной загрузки)

XVI Открытый фестиваль студенческих и дебютных фильмов «Святая Анна»:

I премия в конкурсе неигрового фильма

Режиссер – Галина Красноборова

Оператор – Оксана Грачева

Звукорежиссер – Елена Титова

«Девять забытых песен» – документальный фильм о коми-пермяцкой деревне -экспериментальное произведение, жанр которого определить довольно сложно. В нем есть персонажи, хотя место действия – пустой дом, в нем есть сюжетная канва и драматургическое развитие, хотя главным героем является некий дух. Дух мощный и вечный, живущий в народных песнях и в лирических стихах одного жителя. Пугающий непредсказуемый дух, спрятавшийся под снегом и рвущийся наружу сквозь имена умерших родственников. Дух радостный и беззащитный, как ребёнок, улыбающийся в покрытых морщинами лицах и даже в портрете Гагарина, забытом когда-то кем-то на старом забытом столе. Интервью, события, пояснения и вообще какие-либо наполненные прямой информацией вещи сведены к минимуму, главные компоненты фильма – безупречно созданный и наполненный образами визуальный ряд, а также – звук. Множество звуков, сливающихся в единый монолог, в котором слова – только слоги или ноты, не имеющие смысла сами по себе, но наполненные знанием о чем-то,  уходящем в дремучую древность и начало начал. Не смотря на всю эту заумь, фильм не превращается в заложника собственной идеи, как происходит во многих подобных случаях, а имеет достаточно четкий смысл. Однако не утруждайте себя формулировками и не трактуйте происходящее на экране слишком буквально, сделайте погромче.

Интервью с режиссером Галиной Красноборовой

- Я видела также вашу работу про Питер, «Бессоница». Узнаётся манера, тоже трудно понять, но затягивает в бесконечность. Как вы называете жанр, в котором работаете?

- я не работаю в каком-то определенном жанре. «Бессонницу», наверное, можно назвать стихотворением, фантазией. Ну а в целом, конечно, последние фильмы в направлении поэтического кино. И условно можно жанрово определить их как притчи. Но только условно. Терпеть не могу жанровых классификаций.

- «Песни» как-то легче воспринимаются, там все-таки эти потрясающие лица – они удивительные, на них можно долго смотреть, даже еще дольше и нескучно, и радуешься им, но все равно – жуть ведь.

- Вы про длину кадра? Или про лица? Для меня эти лица невероятны, они сами по себе уже история, сюжет, культура, искусство, моя бы воля – поставила бы только их. К сожалению, обвинят в плагиате Уорхолла.

- Нет-нет, лица наоборот светлы и все оправдывают, но общее ощущение – все умерли. Или умрут. Все прокляты, снег, скрип.

- Сильно задевает только то, в чём есть скрытая трагедия.
Счастливая лирика – оксюморон. Или графомания.

- Собираетесь меняться, снимать более легкие и радостные вещи? Надеетесь найти возможность снимать документальное кино на плёнку и дальше?

- я бы хотела снять еще один или два фильма на пленку. С удовольствием буду снимать и на цифру, правда, разрешением не меньше 2К. Пленка – это не установка. Также нет установки на философские притчи. Хотя вряд ли мне захочется снимать народные комедии.

- цветной эпизод снят на видео как я понимаю… Это сделано, потому что тяжело было снять поминки на плёнку?

- Еще при написании синопсиса хотела смешать два киноязыка: черно-белое пленочное эстетское и цифровое гиперреальное изображение. Как игру на границе  реального и ирреального мира. Кроме того, цифровая камера была у нас на подстраховке, когда нужны оперативные и тихие съемки. Поминки, действительно, снимать было бы трудно на несинхронную кинокамеру.

- Но что это за песни, что за названия, зрителю остается только гадать…

- Есть сюжетная основа – коми-пермятский миф о мыже – виде порчи, насылаемой покойниками в наказание за их забвение, чтобы снять ее нужно узнать, кто ее наслал – это ритуал, мы воссоздаём его, это и есть структура нашего фильма, фильма- притчи о народе, который на глазах утрачивает традиционную культуру, исчисляемую веками…

- Не боитесь остаться непонятой?

- Не питаю иллюзий, что все способны читать кино. Я снимаю для тех, кто
научился это делать. Почему когда мы читаем книги, мы пытаемся понять
подтекст, делаем какие усилия, а когда смотрим кино – нет?

Фильм также отмечен следующими наградами:

Приз за лучший документальный дебют международного фестиваля «Сталкер»;2008;
Приз губернатора Саратовской области «За талант» 2008,
Главный приз международного фестиваля документального кино «Кинолетопись» 2009
Приз за лучший документальный фильм международного фестиваля ВГИК 2008;
Приз «Gold framе» 9 международного фестиваля короткометражного фильма
“ Невиданное кино” Эстония 2009;
Приз  за лучший документальный  фильм  международного фестиваля
короткометражного фильма “ Невиданное кино” Эстония 2009
Первая премия международного фестиваля студенческих и дебютных фильмов
«Св. Анна» 2009
Специальный приз международного фестиваля «Фрески Севера» «За образный
киноязык в постижении песенной традиции коми-пермяцкой культуры»; 2008
Две номинации на соискание национальной кинопремии «Лавровая ветвь» 2008;

Диплом «За лучшее изобразительное решение в кинофильме»»
международного фестиваля ВГИК 2008;
Диплом «За звуковой образ фильма» международного фестиваля ВГИК 2008;
„Spezial Mention“ IFF Early Melons 2009 Словения;
Диплом «За экспрессию киноязыка» XIX МКФ “Послание к человеку” 2009, Россия;
Оператору фильма Оксане Грачевой Приз имени Дани Гуревича  «За лучший
операторский дебют» XIX МКФ “Послание к человеку” 2009, Россия

Участие в международном конкурсе IFF Leipzig DOK 2008;
Участие в международном конкурсе 49 международного кинофестиваля в
Кракове, Польша 2009
Участие в конкурсе „First steps“ международного кино фестиваля “Vision
du reel”, Швейцария,  2009