Праздник саранчи. Сценарий – Петр Луцик, Алексей Саморядов
Сергей кивнул, вставая неловко из-под руки Арнольда Яковлевича:
- Пойду выйду…
- Держись, – тот кивнул. – Надо держаться…
Он вышел в коридор, прошел в тамбур. Спустился на перрон. Закурил. Затянувшись, с отвращением выбросил. Закашлялся, до свиста, с придыханием.
Кто-то закашлялся рядом. Сергей оглянулся. Напротив стоял мужик с таким же страшным лицом, как у него. Они с ненавистью посмотрели друг на друга.
Поезд пошел. Казанский вокзал остался позади.
Сергей попробовал дверь туалета. Закрыто.
Покачиваясь, прошел к проводнику. Тот пересчитывал свежие комплекты белья.
Сергей дрожащей рукой дотянулся до его затылка.
Попытался улыбнуться:
- Товарищ, я заплачу…
Проводник оглядел его и снова принялся за белье.
У двери в купе Сергей проглотил таблетку аспирина. Зашел тихо, лег на свою полку лицом к стене, закрыл глаза, стараясь не двигаться.
Очнулся он к вечеру. За окном было темно. Арнольд Яковлевич молча играл в шахматы с каким-то мужчиной. Сергей с трудом приподнялся.
Арнольд Яковлевич взглянул на него, усмехнулся чуть, подвинул ему стакан чая.
Сергей улыбнулся жалко. Двумя руками взял подстаканник, глотнул.
По радио играла незнакомая восточная, музыка.
- Лом проглотил, – тихо сказал ему Сергей, – кажется, отпускать начало.
- Бульончика… – откликнулся Арнольд.
Они долго шли по вагонам и тамбурам мимо черноволосых золотозубых проводников, мешков в тамбурах и разных людей…
В ресторане светло. Повар – узбек в белом халате, в проходе снуют официантки.
Арнольд долго шептался с буфетчиком, тот косился на Сергея. Сергей смущался.
- Рыба, – сказал ему расстроенно Арнольд. – Только рыба.
Они сели за стол. Им принесли по первому. Сергей проглотил пару ложек, вздохнул, отвернулся к окну.
Напротив них сразу на двух стульях сидел мужик, стриженный под чубчик. Перед ним на столе – лимонад, закуски. Он хитро подмигнул Сергею и Арнольду, пошарил где-то внизу и показал им зеленую трехлитровую банку, улыбнулся добродушно:
- Теща угостила.
Убирая под стол стаканы, налип по полному. Сергей глядел на свой стакан, как затравленный волк. Несколько раз быстро и резко дернул, головой, даже отодвинулся от стола.
Мужик и Арнольд выпили, смачно задышали, закусили.
Сергей глядел на них с отвращением, даже с ужасом.
Они развалились на стульях, заулыбались.
Сергей встал с бледным лицом утопленника, глотая слюну, вышел из-за стола, пошел прочь.
Дойдя до конца салона, Сергей вдруг развернулся. Быстро, пошел, почти побежал. Подбежав к стопу, не садясь, он схватил стакан с самогоном и разом опрокинул в себя, схватил какую-то закуску, запил лимонадом. Лицо его было страшное. Он прислушался, упал на стул, вытер лоб, выдохнул победно:
- Обманул!
Мужик захохотал, налил еще.
Сергей медленно покрывался красными пятнами.
- Наш, самарский, – мужик радушно раздал стаканы. – Теща травкой размягчает. Я уж литр распробовал.
Им подали еще закуски. Арнольд, щурясь от удовольствия, закурил, огляделся.
Мимо все ходила рыженькая официантка. Арнольд улыбнулся красным влажным ртом. Выпили еще.
- А вы кто будете? – спросил мужик.
- Так, – Сергей пожал плечами, – программисты.
- А откуда?
- Из Москвы.
- Из Москвы? – удивился мужик.
- Из Москвы, – обрадовался Сергей. Ему было хорошо.
Арнольд, придерживая рыженькую официантку, что-то ей нашептывал. Она, согнувшись над ним, смеялась.
Мужик, не пряча банки, налил снова по полному.
- А он, – кивнул он на Арнольда, – тоже программист?
- Программист, – кивнул Сергей и засмеялся. – Боже мой, выжил.
Официантка отошла. Арнольд, довольный, повернулся к столу.
Они выпили, крякнули, закусили.
- Это значит, программы пишете?
- Нуда, программы, – важно кивнул Арнольд.
- Значит, из Москвы? ¦- снова спросил мужик, что-то обдумывая.
- Из Москвы, из самой Москвы, – засмеялся Арнольд и хлопнул Сергея по плечу.
Мужик замолчал. Вдруг рванулся через стол, стараясь ухватить Арнольда за лицо.
- Ты, сука! – крикнул он. – Такую страну загубили! Все оглянулись на них.
Арнольд вскочил и быстро побежал из ресторана.
Сергей встал, развел руками.
Мужик уже отвернулся, молча смотрел в окно.
- Извините, – Сергей задвинул стулья, пошёл, оглянулся на мужика.
- Ладно, – не оборачиваясь, буркнул мужик.
К Сергею подошла рыжая официантка, зло ухватила за рукав:
- А деньги?
Сергей протянул бумажку, подождал сдачу, быстро пошел за Арнольдом.
В тамбуре Арнольда развезло. Сергей держался твердо. Он за локоть вел Арнольда коридорами вагонов. Арнольд пытался петь, женихом, повисал на Сергее, заглядывал в чужие купе. Сергей дергал входные двери в тамбурах. В одном из тамбуров дверь поддалась. Сергей отпустил Арнольда, прислонив его к стене. Закурил.
Арнольд осел на пол, распуская слюни.
Сергей открыл дверь настежь. В черноте хлестал ветер, проносил мимо искры. Поезд грохотал на полном ходу.
Сергей подхватил Арнольда, поволок к двери. Тот обнял его за шею, старался поцеловать в лицо.
В тамбур вошли двое парней, закурили.
Сергей отпустил Арнольда, постоял, глубоко дыша в черную степь. Обернулся, пнул Арнольда, затем поднял его, хлопнул по щекам, потащил дальше по вагону.
Снова тамбур. Двери заперты.
Следующий вагон. Тамбур. Одна дверь открыта.
Арнольд снова съехал по стене, как только Сергей его отпустил.
Сергей заглянул в вагон. Пусто. Он вернулся. Арнольд забрался до половины в угольный шкаф, перевернулся на спину и запел что-то тихо.
- Ты дурак! – закричал он вдруг. – У тебя замечательная жена, а ты ее не понимаешь. Мало того, ревнуешь!
- Да, да, – Сергей с трудом вытащил его из ящика.
- Ты меня оскорбляешь своей ревностью. Не хочу говорить с тобой, – Арнольд уперся. – Оставь меня ко мне сейчас придёт дама…
Сергей, ногой приоткрыв дверь пошире, снова стал тащить Арнольда, уже силой. Тот упирался. Сергей тащил его за пояс обеими руками.
-Пьяный был, чего не бывает. Прости, – он несильно ударил Арнольда по шее.
-Не прощу, – упирался тот.
Рядом лязгала, грохотала чернота.
Арнольд вырвался, снова упал на пол. Сергей сел на корточки, напротив, глядел на него в отчаянии. Потом обхватил голову руками. Поезд шел, летел в ночи.
- Что?! А ну!.. – Он вдруг вскочил и сам кинулся к раскрытой двери.
Сергей инстинктивно поймал его за шиворот. Арнольд вырывался, пытаясь спрыгнуть с поезда. Они висели на поручнях. Под ними пролетали с лязгом шпалы.
Наконец Сергею удалось втащить его назад. Он захлопнул дверь. Арнольд снова сполз на пол…
В купе он запер дверь на защелку, толкнул Арнольда на полку. Попытался открыть окно. Оно не поддавалось. Нашел маленький складной нож, просунул его в щель, нажал. Лезвие лопнуло.
Попробовал засунуть чайную ложку. Арнольд захихикал похабно. Сергей склонился над ним, разглядывая с ненавистью. Вдруг снова бросился к окну. Сложив столик, плача, повис на ручке. Окно поддалось наконец, съехало вниз.
Сергей поглядел на свои обломанные ногти. Включил радио. Заиграла восточная мелодия.
Арнольд что-то промычал.
Сергей выключил свет. С трудом поднял Арнольда, потащил к окну. Тот захихикал и вдруг плюнул в Сергея.
Сергей заткнул ему рот его же галстуком, потащил выше, но не мог поднять на уровень щели.
Арнольд выплюнул галстук и снова захихикал.
- Выходить же надо! – заплакал Сергей.
- Выходить? – удивился Арнольд и сам полез в окно. Сергей стал подсаживать его.
Высунувшись в темноту, Арнольд заорал что-то веселое. Сергей, обхватив его за ноги» толкал вверх, в окно.
- Лезь!..
Арнольд за окном вдруг перестал петь. Его вырвало. Сергей, тяжело дыша, стоял, глядя на его ноги, потом устало стал втаскивать его назад. Из последних сил втащил, уложил на попку.
В дверь постучали, еще раз.
Сергей поднял столик, вытер лицо, открыл дверь.
Зашел парень, за ним девица с сумками и сетками.
Арнольд, вытирал рот рукавом пиджака, пробурчал.
- Это ко мне… Прошу садиться…
Сергей извинился, вышел, взял полотенце.
В туалете он долго умывался, мочил голову. Открыв окно, просвежался. Снова мылся. Вышел. Пошел, пошатываясь, в купе.
Дверь оказалась запертой. Он постучал. Еще раз. Сильнее. Подергал ручкой.
Дверь чуть приоткрылась. На него глядел глаз.
Сергей взглянул на номер купе. Дверь открылась сильнее. Парень в плавках, загораживая грудью проход, высунулся, прошептал:
- Мужик, ты знаешь, ты походи полчасика. Дверь захлопнулась.
Сергей сел у двери на откидной ступ, посидел. Вытер лицо влажным полотенцем, встал. Пошел по вагону, дернул дверь в туалет. Раздраженный женский голос.
Сергей прошел в другой туалет, дернул дверь. Тоже послышался голос.
Он вытер лицо. Вернулся к куле. Прислушался.
Поезд стал тормозить. Сергей забеспокоился. Постучал к проводнику. Тихо. Поезд встал.
Сергей открыл дверь в тамбуре.
Тихо. Тусклая ночь. Звенящая насекомыми степь.
Он спустился на насыпь, приготовился помочиться: наверху в открытом окне купе торчала не мигая огромная женская голова.
Сергей отвернулся, поправил полотенце, прошел к какому-то бараку в пяти шагах от поезда, зашел в него, изготовился.
- Т-с-с, – сказал rto-то ему тихо. Он увидел блеснувший ствол, затем узкое лицо высокого парня в тонкими усиками. Лицо было русское. Усики нервно подрагивали.
Сергей стоял, опустив руки, и мочился.
Перень, приставив обрез, косил глазами на пути. По путям шла пятеро милиционеров, все с оружием в руках. Они тихо переговаривались по-татарски и светили фонарями под поездом.
Один из них что-то спросил женщину, та ответила. Милиционер осветил Сергея, и они двинулись дальше.
Сергей мочился и смотрел на обрез. Парень косил глазом на милиционеров, усики его подрагивали.
Поезд тихо тронулся. Кто-то в купе включил радостную музыку. Светя окнами, вагоны все быстрее пролетали мимо барака. Прошел последний и снова тихо стало.
Парень выглянул из барака, уперся обрезом Сергею в бок и ласково потянул его за локоть в степь. Сергей старался на ходу застегнуть брюки. Парень держал его под руку. Они шли в темноте, как два старых приятеля.
Тускло блестя капотом, из темноты вырос грузовик. Парень тихо подергал ручки дверей. С левой стороны поддалась.
Парень обрезом осторожно затолкал Сергея в кабину. Сел сам. Порывшись в карманах, потыкал чем-то в замок зажигания.
Тихо тронулся, не включая фар. Отъехав метров сто, включил фары, выжал на полную.
Они понеслись в степь, уходя все дальше от железнодорожного пути.
Машина встала. Кругом темнота. Не заглушая мотора, парень включил в кабине свет. Не глядя на Сергея, достал из-за пазухи бутылку водки, скусил губами пробку, приложился прямо из горлышка. Вытер губы, шумно выдохнул.
Повернулся к Сергею, протянул ему.
Сергей тоже приложился. Поморщился, закашлялся.
Парень забрал бутылку, спрятал. Положил руку на рукоятку скоростей. Кивнул на дверь.
Сергей открыл дверцу, оглянулся. Полотенце так и лежало на его плече. Парень подмигнул ему.
Сергей стоял, глядя вслед удалявшейся точке света. Кругом мрак, тишина.
Сергей наклонился, разглядывая дорогу. Прошел, сонувшись, шагов десять. Наклонился ниже, встал на колени.
Что-то зашуршало перед ним. Сергей вскочил, бросился в сторону.
Остановившись, огляделся. Полный мрак, лишь вверху неясные звезды. Тишина. Ему стало страшно.
Ему показалось, на небе мерцал какой-то отблеск света. Он быстро пошел туда.
Вдруг он почувствовал наклон. Осторожно сделал еще шаг. Земля уходила куда-то вниз. Ступить он не решался дальше.
Вернулся немного назад, пошел чуть правее. Наткнулся на какую-то рослую траву. Что-то зашевелилось в ней. Сергей рванулся и побежал назад. С разбегу влетел в какую-то яму с камышами и водой. Перед ним захлопали крылья, заметались тени.
Сергей дико закричал, снова побежал назад.
Падал, вскакивал, проваливаясь в ямы…
Он стоял и дрожал от холода и страха. Плотный мрак окружал, давил его.
Сергей робко делал шаг, ступал ниже. Еще шаг – еще ниже, еще круче. Он делал шаг в другую сторону, и снова нога уходила куда-то невероятно вниз.
Он сел на корточки и завыл.
Рассвело. Посреди степи, в забытьи, на корточках сидел Сергей. Вокруг до горизонта простиралась ровная степь
Сергей огляделся с удивлением.
Кругом ни души. Тихо.
Он долго выбирал направление, пошел наугад прямо и сразу вышел на обрыв. Остановился, оглянулся. Развернулся на его восемьдесят градусов, пошел еще решительнее…
Он шел, хромая, морщась от боли, когда босые ноги попадали на камень, на колючку. Штанины его были порваны на коленях, майка вся в грязи.
Иногда он отбегал в сторону от маленьких сереньких зверьков. Он боялся сусликов.
Вдруг над ним зазвенело, застрекотало… что-то. Вертолет. Еще один.
Он замахал руками.
Вертолеты прошли над ним, поднялись, спокойно развернулись от солнца и вдруг ударили с обоих бортов ракетами в сторону сизо-лиловой гряды холмов.
Сергей упал и накрыл голову руками. В воздухе пронзительно и сухо свистело.
Полдень. Жара. Дальше Сергей не мог идти. Он разорвал рубашку, обмотал ею ноги. Хромая, пошел…
Сергей остановился, сел. Плечи его были лиловые от солнца. Он снял брюки, накрыл ими голову и плечи. Встал, пошел дальше.
В голой стели вдруг открылось огромное озеро.
Он бросился к воде, тут же провалился в землю по колено. Удивленно оглядываясь, прошел в сторону. Снова шагнул к воде, провалился еще глубже, рванулся назад, с трудом выполз на твердую сушу. Поглядел на воду с тоской…
Он шел к воде мелкими шажками. Земля держала крепко. Вода уже в метре.
Еще шажок. Он притопнул. Держала. Еще. Лицо erо оскалилось: он на берегу.
Встал на колени. Как зверь, наклонился, хлебнул что было сил и отпрянул… С шумом выплюнул.
Потрогал пальцем губы. Наклонился, поглядел в воду. В глине виднелись белые прожилки.
Он протянул руку и набрал со дна пригоршню белой грязи. Разглядел. Кристаллы соли.
Он едва-едва шел вдоль берега. У воды появился камыш.
Впереди, метрах в трехстах, из кустов тала шагом выехали двое конных.
Сергей остановился. Закричал радостно. Бегом, напрямик, бросился к ним.
Те, остановив коней, разглядывали его.
Пробежав метров сто, Сергей увидел над всадниками облако дыма. Над ним неприятно засвистело, и только потом он услышал выстрел.
Всадники тронули рысью к нему навстречу.
Очень быстро, на полусогнутых ногах Сергей понесся назад к камышам.
Ударил еще выстрел.
Он упал в камышах. Всадники галопом прошли мимо. Не выдержав, он бросился в чащу напролом. Снова выстрелы. Картечь секла над ним стебли.
Сергей прыгнул, как заяц, в сторону и снова лег. Всадники проскакали как раз перед ним. Остановились, оглядываясь, тронули дальше.
Сергей рванулся из последних сил. Впереди влажно горела вода. Сзади него храпели кони.
Он бежал по отмели и прыгал при каждом выстреле.
Вдруг отмель кончилась. Он провалился. Выплыл в камышах, притаился.
Он сидел в камышах по подбородок. Кругом тихо. Вода коснулась его рта. Он вздрогнул, посмотрел на воду, осторожно глотнул, попробовал, замер удивленный. Вода была пресной. Погрузившись по уши, стал жадно пить.
Голая степь, нет ей края. Посреди степи неподвижно стоит верблюд.
Настороженно оглядываясь, Сергей подошел к верблюду. Тот стоял как вкопанный.
Сергей почмокал губами, протянул руку. Верблюд едва повернул голову и снова замер.
Издавая разные дружелюбные звуки, Сергей обошел его вокруг, похлопывая и поглаживая. Взялся за горб крепче, подпрыгнул, подтянулся, съехал назад.
Верблюд стоял как изваяние.
Сергей обошел его с другой стороны. Цепляясь за шерсть, пыхтя, упираясь коленками, снова попытался влезть. Не вышло.
Верблюд стоял.
Сергей лез на него сзади. Лез спереди, сбоку. Тщетно.
Наконец, помогая себе зубами, он добрался до его спины, радостно выдыхая, уселся между горбами, отер лицо, хлопнул пятками по бокам, нукнул.
Верблюд не двигался.
Он бил его кулаками в горбы, прыгал на нем, стучал ногами, дотянувшись до шеи, щипал за шкуру. Верблюд стоял.
Он молча сполз с горбов и пошел прочь. Оглянулся.
Верблюд стоял как изваяние.
Вдруг он увидел состав. Платформы, груженые песком, калькой, несколько пустых товарных вагонов, локомотив.
Бежать он уже не мог. От одежды на нем остались какие-то лохмотья, волосы свалялись и выгорели.
Рядом с платформами на кучах лежали ломы, лопаты, стоял бульдозер. На людей нигде не было.
Состав вдруг дернулся и медленно начал набирать скорость.
Сергей, захрипев, бросился к товарному вагону, повис на нём.
Поезд набирал скорость.
Наконец Сергей втянул себя в вагон, лег ничком на пол со следами сена и помета. Поезд шел быстро, как курьерский.
Притормаживая, состав проходил мимо маленького степного поселка. Появились фигуры людей. Это были казахи.
Они бежали за вагоном, в котором он сидел, свесив ноги, махали связками рыбы и кричали, предлагая меняться:
- Дерево, дерево… Мешок. Лук, чеснок. Дерево… Сергей радостно улыбался им и ласково кивал. Поезд не остановился и снова набрал скорость. Состав снова тормозил. Теперь вдоль путей шли дома, улицы. Люди, машины…
Показался маленький вокзал, перрон, на котором торговали пирожками.
Поезд шел еле-еле. Сергей встал, приготовившись сойти, ждал, когда он остановится совсем.
Но поезд вдруг дернулся и стал набирать скорость.
- Эй! – Сергей закричал, предчувствуя несправедливость. – Эй! ЭЙ!
Он орал долго, надсадно. Сразу за городком началась пустыня.
Вечер. Состав шел, как курьерский поезд. Сергей сидел у проема вагона и, обливаясь потом, глядел на пылающие жаром барханы.
Ночь. Состав стучал колесами. Сергей, забившись в угол вагона, дрожал от холода, стараясь прикрыть свое голое тело лохмотьями…
День. Сергей лежал, раскинувшись, опухший от жары. Поезд стал притормаживать. Встал.
Сергей подполз к выходу, выглянул.
Место было дикое. Кругом ни строений, ни людей.
Сергей слез, пошел вдоль состава, стуча в вагоны. Никого.
В голове состава под парами работал локомотив.
- Эй! – хрипло прокричал Сергей. – ЭЙ! Вы?! Наверху!..
Тишина.
Обжигаясь, Сергей забрался по горячей лестнице вверх. Внутри никого не было. Нигде, никого. Сергей спустился с другой стороны. Снова крикнул. Тишина.
В километре от пути, в степи, он увидел столб дыма. Пошел туда.
Это был костер. Вокруг костра стояли машины.
- Эй, – крикнул Сергей и затрусил к людям.
Кто-то с рыжим лицом встал у костра, поглядел на Сергея из-под руки.
Костер быстро залили водой. Разъехались. Сергей шлялся у кострища, всхлипывая, подбирал какие-то корки, шкурки и жрал их.
Ему попались рваные башмаки. Он сел и с радостью натянул их на свои опухшие изувеченные ноги.
Он сидел в локомотиве на месте машиниста и ждал людей.
В кабине он нашел маленький окурок и спички. Долго чиркал, осторожно прикуривая.
С удовольствием затянулся, но тут же плюнул, дуя обожженными губами.
Он стал нажимать и дергать разные кнопки и ручки, нашел случайно гудок.
Сначала испугался от рева. Потом обрадовался.
Зло хохоча, он через каждые пять секунд давал гудок и, как машинист, высовывался из окошка, оглядываясь по сторонам. Снова гудел и глядел вдоль состава, ожидая увидеть сбегающихся людей.
И тут внизу, у колес, увидел вдруг мальчика.
Сергей отпустил гудок, отпрянул внутрь и притаился, зажав в руке какую-то желёзку.
Выглянул снова.
Мальчик, бритый наголо, с круглым казахским лицом, смотрел вверх на Сергея без всякого выражения.
Сергей огляделся.
- А где все?
Мальчик отошел от локомотива, сел на песок.
Ваш Комментарий